Риски и работа активисток/ов России с конца 2021 года до начала 2022 года

В конце 2021 года инициативная группа “Равные” организовала опрос активисток феминистского и ЛГБТ-движения. Цель опроса - выяснить, с какими угрозами, вызовами и рисками сталкиваются активист_ки и какие институты помогают им справляться с трудностями.
Анкету заполнили всего 22 участницы/ка, тем не менее, в опросе представлены разные регионы, идентичности, направления работы. Если учесть, что целевая группа была довольно узкой (фем-активистки), то предполагается, что на основе ответов можно сделать некоторые выводы о ситуации в региональном активизме до начала войны в Украине. 

В дальнейшем планируется провести аналогичный опрос после февраля 2022 года, чтобы выяснить, как изменилось положение активисток России в связи с войной с Украиной и внутренними репрессиями в стране. 

Если вы хотите поучаствовать в опросе, сделать это можно по ссылке.

Анкета была составлена при участии Наташи Матвеевой, активистки, магистрантки второго курса по социологии. Всего анкета состоит из 4 блоков: информация о заполняющей/щем, вопросы о рисках, связанных с идентичностью и активизмом, информация о работе активистских групп в городе или селе заполняющей/щего, предложения по улучшению.

В разработке анкеты мы стремились не получить статистический массив данных, а изучить условия жизни, риски и мнения участни_ц в контексте их идентичностей: “феминист_ка”, “активист_ка” и актуальных социо и политических реалий российских регионов.

Возраст, идентичность и место проживания

Среди заполнивших анкету - 9 человек от 25 до 35 лет, 8 - от 35 до 44 лет. Это может быть связано с местами распространения анкеты - телеграмм чаты для активисток и активистов. 

Указанный возрастной диапазон в среднем является актуальным для любой страты ангажированной политической повесткой. Российский активизм безусловно разнообразен, но в контексте феминистского движения участни_цы включённые в тематические групповые чаты, уверенно заявляющие о своих политических взглядах и присутствующие в активистском движении находятся преимущественно в этом возрастном диапазоне. Более молодые участницы ещё ищут “своё место”, более взрослые уже занимают его в социосистемах и институтах: академическая наука, профессиональная политика и общественная работа и т.д. 

Гендерная идентичность респондеток/ов

Большинство - 13 человек - идентифицируют себя как женщины, 4  - как мужчины, 4 - как небинарных людей, а 1 - как трансгендерный мужчина.

Если говорить о сексуальной ориентации заполнивших, то всего 5 человек относят себя к гетеросексуальным людям, остальные респонденты представляют разные идентичности: гомосексуальная, асексуальная, бисексуальная и т.д.

Большинство не работают или работают удаленно, только 2 человека работают в офисе, на производстве или учатся.

Россия хорошо интегрирована в общемировой дискурс о социальном разнообразии. Активистское и в особенной степени феминистское сообщество (по сути логично присвоившее себе исследование гендера) находятся на передовой как в поле академических исследований всех видов идентичностей, так и в экзистенциальном исследовании себя, своих потребностей и своей социальной роли.

Многое о положении активисто_к в России говорят нам данные о занятости. Даже несмотря на возраст, никто из опрошенных не занимает место в политической системе страны. Не существует органов власти или контроля за властью, в которых люди с подобными политическими взглядами или с открытой ЛГБТК+ идентичностью могли бы публично найти своё место. 

Безопасность пространства для ЛГБТК+ и феминисток

Только 5 человек однозначно ответили, что в их городе феминистки и ЛГБТК+ люди могут открыто проявлять себя, и только 4 человека считают городские пространства безопасными.

Наташа Матвеева: “Моё личное мнение по результатам работы с указанными группами, что история когда есть возможность быть открытыми феминистками или ЛГБТК+ персонами (официально в России маргинально и то, и то) - это всегда история личного успеха респондент_ки. Если брать государство в целом, наши города остаются потенциально небезопасными к открытому проявлению фем взглядов и в большей степени принадлежности к ЛГБТК+.
Важно понимать, что феминизм - это система политических взглядов, и нам доступна опция умолчать о них в потенциальной опасности. Тогда как, например, транс персоны иногда не имеют выбора скрыть или промолчать про свою идентичность, и степень их риска уже не подлежит их контролю”.

Риски и угрозы

Только 7 человек из тех, кто считает себя негетеросексуальным человеком, совершили каминг-аут публично, остальные рассказали о своей ориентации или гендерной идентичности родственникам или близким друзьям. 

Принадлежность к феминизму также связана со стигматизацией. Возможно, это является причиной, по которой только 9 человек публично говорят о принадлежности к феминистскому движению.

Как минимум половина ответивших подвергалась дискриминации по причине своих взглядов или идентичности. 11 раз отвечающие отметили вариант ответа “подвергалась/лся травле в интернете”, столько же раз - “подвергалась/лся нападениям в общественных местах”, 9  раз - “подвергались травле со стороны членов семьи или родственников”. Один и тот же человек мог столкнуться с несколькими случаями дискриминации и стигматизации, так как анкета позволяла выбрать несколько вариантов.

“Нападения на улице, постоянные угрозы в интернете, задержания на публичных акциях, отказ работать со мной”

“В основном в интернете - хамские сообщения, оскорбления, угрозы. Иногда друзья писали: "ты сошла с ума"

“Вынуждение к увольнению, отказы в приеме на работу, оскорбительные высказывания, раскрытие личных данных, угрозы, нападение”

Насилие над женщинами и ЛГБТК+ персонами - это признанная, масштабная и повсеместная проблема российского общества. Но ситуация осложняется тем, что официальная позиция власти направлена на подогрев и разжигание буллинга, нетерпимости, физического насилия и социального неприятия. 

Насилие и дискриминация

Как минимум треть участниц/ков подвергались насилию. Респонденты/ки могли отметить несколько вариантов ответов, и один и тот же человек мог столкнуться с разными вызовами. 7 раз респонденты промаркировали вариант “подвергалась/лся физическому насилию”, 6 раз - “подвергалась/лся сексуализированному насилию”. При этом абсолютное меньшинство доверят свою защиту полиции и другим официальным органам (5 человек). 

Столкнуться с насилием можно в разных странах. Везде есть гомофобы и агрессивно настроенные люди. Но в идеале государство исполняет свою прямую обязанность: защищать своих граждан от дискриминации по каким-либо признакам или политическим взглядам. В России столкнувшись с насилием вы оказываетесь в тяжелой ситуации беспомощности. Структуры, которые должны принять ваше заявление, оказать необходимую поддержку, вылечить, найти и наказать преступника, в ряде случаев могут встать на его сторону и обвинить вас, назвать насилие над вами “справедливым”. В нормальной стране стыдно быть гомофобом, в ненормальной - стыдно быть жертвой гомофоба.

В связи с этой стигмой, интегрированной в государственные системы, большинство случаев насилия на почве ненависти не попадают в какие-либо официальные данные. Но международное сообщество постоянно ведёт мониторинг случаев насилия над ЛГБТК+ персонами и политическими активист_ками через активистские сети и готовит ежегодные отчеты, которые дают нам возможность хотя бы отчасти понять масштабы проблемы.  

На момент продвижения анкеты (конец 2021 года - начало 2022 года, до февраля), только половина респонденток/ов планировали дальше работать в России. Скорее всего, после начала войны в Украине в феврале 2022 года и старта масштабных внутренних репрессий, количество активисток/ов, которые уехали или планируют уехать из России, вырастет. Уже сейчас мы можем наблюдать отток активисток/ов, журналисток/ов и правозащитниц/ков из страны. Они бегут от уголовных дел, преследований и обысков. 

“Есть над чем работать. Поощряется принцип не высовываться. Увы.”

Однако абсолютное большинство респонденток/ок уверены, что наступят позитивные перемены. Может быть, не в ближайшее время, но лет через 10-15. 

Активистки/ты ответили, что улучшений можно добиться, меняя принципы деятельности официальных органов, системно меняя общественное мнение и работая со СМИ. 

Данные, полученные нами, как и все другие статистические исследования российского общества до войны с Украиной, теперь представляют только исторический интерес. Уверена, что у всех наших респонденто_к жизнь изменилась по целому ряду заданных нами вопросов и сегодня ответы были бы совсем другими. Но даже это не дало бы нам возможность спрогнозировать: что будет дальше и как изменятся их жизни, риски, потребности через неделю, месяц, год?

<< Previous article

“Если ты это увидела - развидеть не получится”

Subscribe to the newsletter!

Stay updated with the latest articles, news and stories.